– Пусти! – выдохнула она. – Не могу… больше. Тяжко!
И они рухнули. Светлан успел подхватить обмякшее тело ведьмы, спружинил ногами. Уложив ее на траву, присел рядом, переводя дух.
Застонав, девушка открыла глаза.
– Ну что, Лаура, – спросил Светлан, – будем мириться?
– Нет, – прошелестел ее голос.
– В конце концов, это свинство! – возмутился он. – С какой стати я должен с тобой возиться?
Хватаясь пальцами за траву, Лаура пыталась приподняться, но сил уже не оставалось.
– Труба зовет? – ехидно осведомился Светлан. – Не налеталась еще? Ух, моя бы воля!..
Легко подняв девушку на руки, он зашагал по направлению к избушке старой ведьмы.
7
В ожидании бабки Светлан сидел на крыльце, лениво болтая с зевающим Псом. Несколько раз из-за деревьев возникали разбойного вида личности и одинаково пропитыми голосами спрашивали хозяйку. (Или это был один и тот же?) Пес всякий раз обстоятельно отвечал, что бабки нет и когда будет – неизвестно, и личности без дальнейших расспросов растворялись в гуще леса.
– Шел бы ты спать, – зевнув в очередной раз, посоветовал Пес. – Бабка иной раз под утро возвращается.
– Подожду, мне не к спеху.
– Да ты не тревожься, очухается Лаура. Ей не впервой.
– Что так?
– А неистовая без меры, себя не бережет. Узды не терпит, даже собственной. Такие быстро сгорают.
– Уж ты-то не сгоришь.
– А чего? На цепи, зато сыт и бестревожен.
– Не лопни от гордости-то.
– Гордость – чувство беспокойное, – возразил Пес. – А я просто доволен, гордости тут нет.
Пес застыл, навострив уши.
– Бабка летит, – сообщил он. – Веселая. Ну, будет!..